"Горький шоколад"... Третий раздел моей второй книги.
Я терпеть не могу горький шоколад. Молочный - да, люблю. Он нежно обволакивает все вкусовые рецепторы и оставляет послевкусие счастья. А горький жжёт, колет острыми уголками плиточек, оставляет не предвкушаемый тонкий кофейный аромат, а какой-то нелепый осадок горечи на губах... и на душе...
Это была странная любовь. По планам второй половины, она даже грозила перейти в замужество. Однако в мои планы смена фамилии не входила (я ещё только оживала после своего первого брака).
Человек был безумно интересен в самом начале. Поэт с большой буквы. Я до сих пор зачитываюсь некоторыми его стихами. А какие строки он посвящал мне!!!!! С первого его посвящения всё и началось.
Это был 2003 год.
В ответ было написано стихотворное посвящение ему, прочитанное вслух у поэтов, где никто(!), кроме него не догадался, что стихи - для него.
Потом было всё: и стихи, и проза, и любовь, и слёзы.. (ой, и тут рифмуется - не нарочно, честное слово).
(Ещё в первой книге я рассказывала об этих странных отношениях - вот отсюда, с этих строк
"В окна ветер ворвался вольно...")
Было всё. Непредсказуемо, ново, интересно, необычно, странно... А потом в человеке стали проступать скрытые розовой пеленой черты, мириться с которыми было трудно и бесполезно. Он был пустозвоном, необразованным мастером лить воду в разговоре, где за красивыми словами умные люди видели пустоту. И я её видела. И мне становилось жутко неловко и временами даже стыдно.
Я пыталась с ним говорить. Он не слышал меня, он был поглощён собой и вдруг развернувшимися перед ним на скатерти-самобранке плодами своих талантов. И таланты эти есть. Он пишет потрясающие стихи и прекрасно поёт под гитару. За эти его просветления я готова простить ему даже нередкие приступы "звёздной болезни". Но жить с гением, которым он себя считал, было невыносимо (я уже не говорю, что гении обычно мало заботятся о материальном положении). Да что тут говорить, я сама гений, и у меня в голове не укладывается, как со мной живёт тот, кто со мной живёт.
Уже после расставания со мной он поступил заочно в университет на факультет журналистики и закончил его с красным дипломом (в чём ему очень помогло умение красиво говорить не по существу). Я знаю цену этого диплома, потому что сама делала ему контрольные по французскому на первых двух курсах. Однако даже я не стану отрицать, что с годами он поумнел и стал более наполненным, что ли. В нем до сих пор сидят корни того пустозвонного прошлого, но сейчас он более сдержан.
Он женился на нашей коллеге-поэтессе, которая смотрела ему в рот и была влюблена так, что ушла от мужа и дочери. Он тоже полюбил её. Так, как меня. А потом даже сильнее. Сейчас она уже не пишет, он пишет всё реже, у них растёт прелестная малышка, они оба хорошо зарабатывают, проводят свои поэтические встречи и совместные творческие вечера, и оба тихо ненавидят меня. За то, что я была.
P.S. Она любит горький шоколад. И он на все встречи поэтов с определённого времени стал приносить именно горький. А когда мы были вместе, покупал только молочный...
Вот такая история.
А теперь то же самое, но в стихах.
***
Я жду весеннего тепла
И благосклонности природы,
Ведь слишком много отняла
Я у себя за эти годы.
Нам тишина в конце пути
Даёт последние минуты.
А я спешу произнести
Необходимое как будто:
«Мне – двадцать шесть. И я жива.
Остался месяц до отъезда».
…И жалко мне ронять слова
В холодном сумраке подъезда.
22.03.2003
***
Мне ничего от тебя не нужно.
Это весна мне волнует кровь.
Пусть будет нежно, пусть будет дружно,
Пусть будет маленькая любовь.
Мне всё равно. А другие чувства
Скрыть не сумеет глаз моих свет.
Мне хорошо с тобой до безумства,
Но… я способна на слово «нет».
25.03.2003
***
Неумело лечила я душу сначала,
Не желая нести свои горести в храм.
Никогда не забуду, как горько кричала
Память сердца, твоим отдаваясь рукам
В зашифрованных знаках. А ты терпеливо
Распечатывал тайны – конверты тоски –
И жалел меня девочку, что сиротливо
Приютилась в глазах твоих цвета реки.
2.05.2003
***
Нарочно дверь оставив приоткрытой,
Я погасила бледную свечу.
В ночной рубашке, розами расшитой,
Я так ему понравиться хочу.
Он не томил меня своей тоскою
И не просил до срока ничего.
Я тихим поцелуем успокою
Уста полвека ждавшего его.
Всё будет так, как я давно хотела:
Размеренно, спокойно, не спеша,
Я подарю своё земное тело
Тому, кому обещана душа.
***
Один лишь взгляд – и стынут пальцы рук.
Одно лишь наспех брошенное слово –
И в блеске глаз рождается испуг.
О, как это мучительно и ново
Скрывать непредсказуемости страх,
Который проникает под одежды
И оставляет на моих губах
Следы осуществившейся надежды
На новый мир. Ты так искусно смел,
Что в горле не рождаются упрёки,
Лишь мысли растирают белый мел
И пудрят розовеющие щёки.
Прими меня такой, какой спешу
Отдать себя во власть твоих ладоней.
А я сей миг сто раз перепишу
Ещё нежней,
невинней
и бездонней.
15-17.04.2003
***
Я утешу тебя проливным дождём,
Лаской снежною успокою,
Южным солнцем усну на плече твоём,
Буду тихой твоей рекою,
Легкокрылою птицей, звездой в горсти,
Юной девочкой, доброй феей.
Ты в ладонях тоску мою приюти,
Если я её скрыть не сумею.
Боль земную до дна на твоём пути
Я испить за тебя посмею…
3.06.2003
В стиле «Ню»
I
Скромно губами коснись
Чуть разведённых
Коленей,
Помня, что целая ночь
Будет у нас впереди.
II
…Утро напомнит губам
Силу твоих
Желаний,
Помнящих о весне
В первый четверг зимы.
***
I
Я низвергнута им в отчаянье.
Я не брошена им едва.
Он давно мне простил молчание,
Но позволил себе слова,
Приводящие к отдалению
Двух безумно похожих стай…
И любовь – вопреки терпению –
Шепчет: «Первою улетай».
II
Я по собственной воле плачу.
Я хочу умереть от боли!
И последние силы трачу
На побег из твоей неволи.
И, безмерно боясь разлуки,
Притворяюсь неумолимой.
Дай же, Боже, иные муки
Незаслуженно им любимой…
2003
***
Я уеду. А ты останешься
В эфемерной своей неволе.
Не держись за меня – поранишься!
Я тебе не желаю боли.
Я тебе не желаю холода
Одинокими вечерами…
В переулках родного города
Ты разделишь ночлег с ветрами.
И избавишь себя обманами
От остатков немой печали –
Не узнаешь, как за туманами
Две любви по тебе скучали.
2.06.2003
***
Нам бы жить с тобой в поднебесье
И делить неземные страсти
Сохраняющих равновесье,
Даже если душа на части,
Как мятущийся атом, рвётся.
Я сама не своя отныне.
И пускай надо мной смеётся
Чёрный ангел моей гордыни,
Я себя не обижу боле
И не дам даже снов в обиду,
И от приступов нервной боли
Я не буду молчать для виду.
Просто, если окрепшим нервам
Ты посмеешь встревожить рану,
Ты, наверное, будешь первым,
На кого я глядеть не стану.
07.-30.08.2003
***
Ты хотел, чтобы мне приснилась
Синеглазого моря тайна.
Я уснула. И мне открылось
То, о чём я сама случайно
И подумать бы побоялась:
«За окном колдовала стужа,
Я ж, безумная, улыбалась
И тонула в объятьях мужа…
И искрилась, как камень дивный,
Серебристо-туманным светом…»
Дай мне Бог, чтобы ты, наивный,
Никогда не узнал об этом.
9.08.2003
***
Я помню, как ты целовал мне ресницы
И солнечных зайчиков взглядом ловил…
А я превращалась в движение птицы.
Ещё не полёт. – Лишь метание крыл.
И лёгким касаньем лаская дыханье
Пристыженных ламп и разбуженых стен,
Я верила в то, что моё колыханье
Спасёт и тебя от грозы перемен,
Которую мчат быстроногие кони
К извечно-банальной развязке причин,
Которая вновь мне целует ладони
Губами прекраснейшего из мужчин.
14-20.08.2003
***
Ты самодостаточен. Но сыт
Беспредельным шквалом невниманья,
Ты устал от недопониманья,
И тебе плевать, что я свой стыд
Прячу под навесом мирозданья,
Стоя у обветренной черты
Между прошлым днём и новой гранью.
Просто, я узнала: по преданью,
К моему отчаянью, не ты
Станешь мне судьбой и вещей данью.
И какая разница, кому
Я отдам свой взгляд и прелесть тела,
Если белой птицей улетела
Та, что даже петь в твоём дому
Не умела. Да и не хотела.
17.08.2003
***
Ты куришь. Я плачу.
Пощёчин не надо.
Ну, хочешь – дай сдачу.
И ей буду рада.
Пусть больно и с кровью,
Пусть резко и грубо,
Пусть лютой любовью
Насытятся губы!
Мне хуже – беззвучье.
Мне горше – молчанье.
Неблагополучье
Рисует прощанье.
Я стыну в смятенье
И жажду прощенья
И – через прощенье
Твоё – причащенья.
2003
***
Я над собой смеюсь.
Ты надо мной плачешь.
Как же я повинюсь
В том, что сейчас значишь
Ты для меня?
Зима
Выест глаза солью.
Даже сводя с ума,
Я остаюсь болью,
Мечущейся внутри
Белой большой птицы.
Плачущий, говори,
В чём мне ещё виниться?
18-19.10.2003
***
Мы с тобой тихонечко сидим
Рядом, на разложенном диване...
2003
На голубом снегу
Яблоком красным спеет
Наш предпоследний сон,
Вычеркнутый из книг…
Я для тебя солгу
Красочно, как умеет,
Кажется, только он –
Скомканный мой двойник.
Ты ведь тогда не знал,
Как холодеют руки,
Посланные искать
Звуки моих шагов.
Предугадать финал
Очередной разлуки
Легче, чем истекать
Кровью ненужных слов.
Но выбирая боль
И обнажая рану,
На переломе дня
Не оброни свой свет.
Я отыграла роль,
Вовремя встав с дивана.
Там не ищи меня –
Там меня больше нет.
13.10.2003-20.10.2004
***
Я осталась на дне твоих
Беззаботно-весёлых песен,
Потому мне безмерно-тесен
Твой последний печальный стих,
Призывающий рисовать
Маслянистой тягучей краской
По лицу, что давно под маской
Не умеет меня скрывать.
Я уже не держу края
Пелены, что меж нами тает.
Мне печали своей хватает,
Ну, зачем мне ещё твоя?
Сколько ж маяться? Отпусти
Две последних сердечных нити.
Видишь, солнце моё в зените?
Так позволь мне за ним идти.
15.10.-13.11.2003
***
Из цикла «Его монолог»
Солнце рисует багряные полосы
На голубом покрывале тоски.
Плачь, Златовласка! Я жгу твои волосы
И обрываю твои лепестки.
Долго ты пела беспечные песенки,
Сладко порхая с цветка на цветок.
Много ль осталось ступеней на лесенке,
Верно ведущей тебя в потолок?
Кончилась сказка. В минорном звучании
Сон очищает живая вода.
Я ухожу, чтобы в полном молчании
Слушать, как падает с неба звезда.
***
Из цикла «Его монолог»
«Она сказала: - Возьми с собой
ключи от моих дверей…»
Приняла, и на том спасибо.
Мне искалось твоих путей.
Мы, пожалуй, вдвоём смогли бы
ждать гостей и растить детей.
Жаль, отныне я стал не вхожим
в дом, что так и не стал моим…
Я не буду с тобой хорошим.
Я не буду с тобой плохим.
Я не буду с тобой.
К чему же
резать пальцы осколком фраз?
Оставляю тебя при муже,
забывая тебя
и нас.
15.11.2004
***
Расставшись со мной, ты чаще
в другие глядишься лица,
и новой строкой звеняще
глаголет твоя страница.
Недолго страдали струны
и мутно глядели очи:
тебе предсказали руны
красавицу цвета ночи.
Придётся и мне отведать
из чьей-то неловкой чаши.
О, Господи! Мне ль не ведать
о том, что бывает дальше…
А я упиваться рада –
и вкусом того, что вижу,
и – горького шоколада,
который я ненавижу.
17.12.2004
***
Мне кажется, я знаю Вашу тайну.
Вы инфантильны – вопреки стихам.
Чего скрывать, меня саму (случайно)
причислят к Вашим маленьким грехам.
Давно по всем справляют панихиду,
кому светили Ваши маяки, –
в Вас многое теряется из виду
на расстоянье согнутой руки.
К чему искать причины в чьём-то муже,
когда самим проиграно пари?.. –
Вы неумело прячете снаружи
всё то, что нежелательно внутри.
Я Вам прощу телесные уродства,
закрыв глаза на мелкие штрихи,
за толику простого благородства,
за ваши песни, чувства и стихи.
1.11.- 11.11.2004
***
Ты изменяешься (в лучшую сторону).
Жаль, что не мне это ставят в заслугу.
Ох, нелегко было чёрному ворону
выбрать подругу.
Словно войной, одиночеством меченый,
(хватит на возраст Христа и на старость!) –
и от меня, на беду твою встреченной,
тоже досталось.
Выдержал, выстоял, принял крещение,
камень, прошедший проверку на твёрдость! –
я бы за всё попросила прощения,
если б не гордость.
Благодарю – за стихи, что отточены
верой; за то, что ты в играх без правил
жизнь свою, с парой крестов у обочины,
мной озаглавил.
Ты, закалённый февральскими вьюгами,
впишешь в поэзию новые главы. –
(Небо тебя наделяло подругами
не для забавы).
Как ни крути, но за нами – история:
кто бы из нас ни поднялся над адом –
имя другого – Андрей ли? Виктория? –
вписано рядом.
19-20.02.2005
***
Закрытая книга не шепчет страницами –
Я слишком устала отыскивать свет.
Когда-то меня укрощал вереницами
Рифмованных строчек печальный сонет.
Когда-то я пела, в чужие мелодии
Вплетая развязный язык детворы,
А кто-то смешной караулил пародии,
Шурша серпантином в клубке мишуры.
Когда-то ты тоже любил меня преданно,
Как белую птицу и нежный цветок.
Но время проходит. Я гордо и медленно
Ступаю одна на небесный порог.
Там старые книги не шепчут страницами
Для тех, кто устал перекраивать свет.
Всё просто: мы часто меняемся лицами,
Когда к не-поэту приходит Поэт.
9-10.07.2005
***
Очищенью предшествует каторжный труд
осознания с покаянием.
Знаю: только поэтому вам не лгут
и глаза, и стихи признанием.
Это раньше я, прячась в домашней глуши,
волокла своё тело в ванную,
чтобы смыть несмываемое с души…
и любовь его окаянную.
26.11.2004
© Виктория Соколовская
Копирование материалов возможно только с активной ссылкой на блог и указанием имени автора.
Очень он мне приглянулся.
Тоже объединила вчерашнюю и сегодняшнюю фотосессии )) да тут и ракурсы разные )))
